О суррогатном материнстве и церковном взгляде на него
Влад Одуд
Оригинал здесь: http://fryazino.nivich.ru/?p=311
Неприятие суррогатного материнства основано на Социальной концепции Русской Православной Церкви, документе, как нам кажется, странным. Это некая попытка определить, что в обществе хорошо, а что плохо. Помимо того, что это не вероучительный документ, то есть что-то вроде того, чтобы собрание физиков постановило, что хорошего в химии. Зачем, когда есть физики? Понятно, что многое не нравится, но какой смысл обозначать свою уязвленность, задетость или просто заинтересованность в том, что временно, да и мнения в чем не слушают? Большинство православных ничего изменить в обществе не могут, а те, кто, как кажется, могут - обладая властью - не могут потому, что у общества свои законы существования, которые от желаний отдельных лиц и даже их групп, зависят редко. Это некая стихия, довольно инертная к улучшению и очень падкая на слом и деградацию. Улучшать можно тысячелетиями, а испортить за годы.
Еще, насколько нам известно, Концепция была принята на Поместном соборе, то есть другими церквами она не принималась, поэтому есть вероятность, что она неуниверсальна, то есть не работает в других местах. А если она не работает в других местах, то какие основания,кроме формально юридических, чтобы она работала всегда в России, в каждом ее месте и для каждого ее православного гражданина.
Вот тоже, православный нам не очень нравится термин. Он конфликтует или замазывается, что тоже нехорошо, другим прилагательным - русский. Не лучше ли русский христианин вместо православный? И так понятно, о ком идет речь. Если не о самом часто встречающемся жителе России - язычнике обыкновенном, что было бы отражено просто словом русский или россиянин, то о представителе самой многочисленной христианской деноминации в России, а это и будет Православная церковь. Но это так, отступление на тему реформаторства в церкви. Не могли отказать себе в этом.
Итак, разве у нас католический юридизм и что-то, не принятое вей церковнй полнотой, а только национальной частью, для которой могут быть характерны партийные ошибки, уже истина? Нам кажется, что в данном случае - нет. Идея Концепции (почему, кстати, было выбрано это, неудачное на наш взгляд, слово?) нам представляется как попытка сказать, что церковь в обществе считает хорошим, а что плохим. Иными словами, определить грех. Но еще Соломон пришел к выводу, что внешними проявлениями грех не определяется. Всему есть время под Солнцем, это, конечно, не глубокое наблюдение, что все случается, а именно указание на своевременность, то есть безгрешность каждого события. В разных ситуациях противоположные события, даже такие как убивать и рожать, являются своевременными. Если это не значит, что они одобрены, то зачем и писать это было? Если нельзя убивать, то так везде и надо писать и не говорить, что и этому есть специально отведенное время. И не упоминать об Ангеле, который убил сотни тысяч. Можно было бы спеклировать, что это был падший ангел и он действовал не по воле Бога, а по его попущению, но это как-то маловероятно. Так что идея Концепции, нам кажется, оказалась изначально неудачной. Вместо предоставления инструкции в духе современного государственного закона, лучше было бы составить наставление для пастырей и мирян, как им определить в каждой конкретной ситуации, грех ли то или иное действие. Но кажется, таких наставлений уже написано много и тем не менее, этим не воспользовались, чтобы сделать еще одно, более современное но в духе святоотеческом, церковном, а не всекулярном, хотя и близком к христианскому, но в неживом духе. Не требующем участия человеческой души для принятия решения.
Теперь вернемся собственно к суррогатному материнству. Да, технология его может быть неестественной, но и блудом это назвать нельзя, потому что не связано с половым наслаждением. Да, происходит разлучение матери и ребенка, но не большее, чем при отказе от родительских прав и отдаче ребенка в детский дом. С точки зрения ребенка и то и то не хорошо, но при усыновлении ребенок получает семью. Со стороны матери и то и то - жертва. Но при оставлении в роддоме чаще жертва своему эгоизму, в случае суррогатного материнства - жертва для дргитх людей - приемных родителей. Конечно, жертва слово неудачное, для разговора о живом человеке, тем более при разговоре о ребенке это вызывает еще большее омерзение, но надо вспомнить, что жертвуется не сам ребенок, его не закалают, хотя и такому действию в Библии находится место и не находится осуждения в истории о походе на гору Авраама и его сына Исаака. Мать жертвует тем временем, которое она могла бы провести со своим ребенком. Но ради чего? Ради того, чтобы другие люди смогли тоже стать родителями. Чтобы ребенок имел лучшие возможности. Это близко к отдаче ребенка в ясли, детский сад, школу, какой-нибудь интернат или на воспитание в подмастерья. У этого есть определенная традиция и приемство. Понятно, что традиции есть разные, но никто ясли на церковном уровне не осуждает, хотя в них воспитывается чужой для восрпитателей ребенок, который от этого воспитания становится в чем-то чужим и для своих родителей, потому что в нем вырастает то, что родители в него не вкладывали. И трудно сказать, что хуже - иметь возможности родить и сделать это, но отдать его или но рожать. Тут нет однозначного ответа, как и обо всем в этой жизни.
Эту тему можно было бы продолжать и рассмотреть и такой нюанс, почему бы не взять ребенка из детского дома. Можно посмотреть на моральный облик тех, кто прибегает к суррогатному материнству. Но это разговоры из серии о том, как поступать другим. Чтобы их вести, нужно самим пройти этот путь или очень хорошо знать, кто достоин продолжения рода, а кто нет. Ни на то, ни на другое мы не претендуем.
